Культурно-семиотическое пространство города как часть семиосферы по Ю.Лотману

 

С точки зрения семиотики каждое пространство представляет собой своеобразную знаковую систему, которую под определенным углом зрения можно прочитать как некий «текст». Данный подход уже применялся Ю. Лотманом и другими исследователями тартуско-московской школы семиотики при рассмотрении семиотических пространств. Ю. Лотман и В. Топоров были фактически первыми учеными, которые ввели в научный обиход и практически обосновали понятие «текст городской культуры». В основу данной работы положен труд Лотмана, посвященный семиотике Петербурга и общей теории семиозиса, где достаточно подробно рассмотрено понятие петербургского «мифа», местоположения города, его архитектурного семиозиса, проксемических параметров.

Однако, исследованию семиотики провинциальных городов, выделению их семиотических характеристик и представлению их в виде знаковых систем посвящено незначительное количество исследований

Для того чтобы рассмотреть пространство города как знаковую систему, необходимо выделить базовые понятия и определения семиотики, такие как: знак, знаковая система, семиотические характеристики текста городской культуры, семиосферасемиотическая граница, а также понятия из смежных дискурсов, в контексте которых они функционируют.

Понятие «Семиосферы»

В данном конкретном случае нам необходимо ввести понятие семиосферы и семиозиса, введенные Лотманом и рядом исследователей ТМШ, поскольку именно в этом контексте целесообразно рассмотреть семиотику городского пространства, как собственно сегмента семиосферы.

Итак – “Семиотика – научная дисциплина, изучающая общее в строении и функционировании различных знаковых систем, хранящих и передающих информацию, будь то системы действующие в человеческом обществе (главным образом язык, а так же некоторые явления культуры, обычаи, обряды, кино и т.д.), в природе (коммуникация в мире животных) или в самом человеке (например, зрительное и слуховое восприятие предметов, логическое рассуждение).”1

Общеизвестно, что у истоков семиотики лежат две научные традиции. Одна из них восходит Пирсу — Моррису и отправ­ляется от понятия знака как первоэлемента всякой семиотической системы. Вторая основывается на тезисах Соссюра и Пражской школы. Ф. де Соссюр «кладет» в основу семиотики антиномию языка и речи (текста). Однако при всем отличии этих подходов в них есть одна существенная общность: за основу берется простейший элемент, и все последующее рассматри­вается с точки зрения сходства с ним. Так, в первом случае в основу анализа кладется изолированный знак, а все последующие семиотические феномены рассматриваются как последовательности знаков. Вторая точка зрения, в частности, выразилась в стремлении рассматривать отдельный коммуникативный акт — обмен сообщением между адресантом и адресатом — как первоэлемент и модель всякого семиотического акта.

В результате индивидуальный акт знакового обмена стал рассматриваться как модель естественного языка, а модели естественных языков — как универсальные семиотические модели, саму же семиотику стремились истолковать как распространение лингвистических методов на объекты не включающиеся в традиционную лингвистику. Эту точку зрения, восхо­дящую к Соссюру, с предельной четкостью выразил И. И. Ревзин, предложивший такое определение: «Предметом семиотики является любой объект, поддающийся средствам лингвистического описания».

Такой подход использовался учеными изначально так как отвечал известному правилу научного мышления: восхождение от простого к сложному — и на первом этапе безусловно себя оправдал. Однако, на наш взгляд, в нем таится и опасность: удобство анализа начинает восприниматься как онтологиче­ское свойство объекта, которому приписывается структура, восходящая от простых и четко очерченных атомарных элементов к постепенному их усложнению. Иными словами – сложный объект сводится к сумме простых.

Проведенный анализ семиотических исследований в научной литературе за последние двадцать пять лет позволяет на многое взглянуть иначе. Как можно теперь предположить, четкие и функционально однозначные системы в реальном функционировании не существуют сами по себе в изолированном виде. Ни одна из них, взятая отдельно, фактически не работоспособна. Они функционируют, лишь будучи погружены в некий семиотический континуум, заполненный разнотипными и находящимися на разном уровне организации семиотическими образованиями. Такой континуум Ю. Лотман, по аналогии с введенным В. И. Вернадским понятием «биосфера», называет семиосферой. Следует разделить употребляемый В. И. Вернадским термин «ноосфера» и вводимое Лотманом понятие «семиосфера».

Ноосфера — определенный этап в развитии биосферы, этап, связанный с разумной деятельностью человека.Биосфера Вернад­ского — космический механизм, занимающий определенное структурное место в планетарном единстве. Расположенная на поверхности нашей планеты и включающая в себя всю совокупность живого вещества, биосфера трансформирует лучистую энергию солнца в химическую и физическую, направленную на переработку «косной» неживой материи нашей планеты, ноосфера образуется, когда в этом процессе доминирую­щее значение приобретает разум человека. Если ноосфера имеет материально-пространственное бытие, охватывая часть нашей планеты, то, в противовес этому, пространство семиосферы носит абстрактный характер. Это, однако, отнюдь не означает, что понятие пространства употребляется здесь в метафорическом смысле. Мы имеем дело с определенной сферой, обладающей теми признаками, которые приписываются замкнутому в себе пространству. Только внутри такого пространства оказывается возмож­ной реализация коммуникативных процессов и выработка новой информации.

Семиозис и семиосфера на наш взгляд не могут соотноситься между собой как абсолютные синонимы. Семиозис может быть определен не иначе как знаковость пространства данной конкретной реальности.

Лотман выделяет несколько характерных признаков семиосферы:

Отграниченность. Понятие семиосферы в интерпретации Лотмана связано с определенной семио­тической однородностью и индивидуальностью. Оба эти понятия (одно­родность и индивидуальность), трудно определимы формально и зависят от системы описания, но это не отменяет их реальности и хорошей выделяемости на интуитивном уровне. Оба эти понятия подразумевают отграниченность семиосферы от окружающего ее внесемиотического или иносемиотического пространства.
Одним из фундаментальных понятий семиотической отграниченности является понятие границы. Поскольку пространство семиосферы имеет абстрактный характер, границу ее не следует представлять себе средст­вами конкретного воображения. Подобно тому как в математике границей называется множество точек, принадлежащее одновременно и внутрен­нему, и внешнему пространству, семиотическая граница — сумма билингвиальных переводческих «фильтров», переход сквозь которые переводит текст на другой язык (или языки), находящиеся вне данной семио­сферы. (Лотман)

Следующий признак семиосферы — замкнутостькоторая проявляется в том, что не может соприкасаться с иносемиотическими «текстами» или с «не-текстами». Для того чтобы они для нее получили реальность, ей необходимо перевести их на один из языков ее внутреннего пространства или семиотизировать факты. Таким образом, точки границы семиосферы можно уподобить чувствен­ным рецепторам, переводящим внешние раздражители на язык нашей нервной системы, или блокам перевода, адаптирующим данной семиоти­ческой сфере внешний для нее мир.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *